В Алешках Херсонской области организовывают гуманитарный коридор для желающих уехать из города. Часть людей планирует остаться. В основном, это старики. Их не бросят медики местной больницы, которые оказывали помощь пациентам даже в самое страшное время тотальной блокады города ВСУ. В каком положении сейчас находится медучреждение, рассказала одна из его докторов.
Женщина попросила не называть ее имя, потому что с начала СВО в Алешках погибло 28 ее коллег. Как считает врач, многие из них были "наказаны" за то, что осмелились говорить о происходящем - их убили украинские дроноводы. - Не знаю, почему я решилась поговорить с вами. До сих пор отказывалась общаться с журналистами. А сегодня меня "прорвало" - так наболело, что захотелось выговориться.
Может, это и нехорошо, но я всегда призываю коллег: "Уезжайте отсюда!". А они не хотят, отвечают, что не могут оставить больных. В первый раз по Алешкинской больнице ВСУ целенаправленно ударили в декабре 2024 года. Тогда погиб заведующий медчастью и был тяжело ранен главврач Владимир Харлан. Фото: Из архива Алешкинской районной больницы Видели бы вы, как в больнице все трудятся как ангелы вокруг поступивших тяжелораненых пациентов.
Пока одна санитарочка разрезает одежду, другая его моет, медсестры в этот момент делают перевязку и укол. Передают на руки докторам. Коллеги чувствуют моральное удовлетворение, что приносят пользу. Тем более, что сами - местные, как и я, работают в больнице с молодых лет. Большинству наших врачей - больше шестидесяти лет, некоторым под восемьдесят.
Жители их хорошо знают. У нас есть онколог, ему 76, так к нему в очередь стоят не только онкобольные. Нога или ухо заболели - идут к нему, зная, что он - хороший, порядочный врач. Молодых сотрудников у нас мало, почти все выехали - у них детки. Выбитые при атаках на город окна, поврежденные рамы в больнице приходится восстанавливать постоянно.
Фото: Из архива Алешкинской районной больницы Медики всегда были вне политики. Некоторые одергивают меня за эти слова. Но ведь так и есть. Боремся за жизнь человека, и нам все равно, кто перед нами. Мы давали клятву Гиппократа и понимаем, что должны оказать помощь. Особенно сейчас, когда многие из персонала больницы сами уже попадали под дроновые атаки, почувствовали на себе грань между жизнью и смертью.
Когда началась блокада, в больнице были медикаменты и продукты. Стационарные больные получали питание, оно было самое простое. Без электричества не закупишь молочные продукты и мясо, а тушенкой по санитарно-эпидемиологическим нормам пациентов кормить нельзя. Но борщ из листьев буряка (свеклы), как кто-то написал о больнице, не варили.
До такого не дошло. Варили каши, гороховый суп, пациенты его любят, кисель. Видимо, от военных в больницу передали сухие обеды, кипятком заливаешь и получается вкусная, сытная еда. Но был период, когда я сама так похудела, что кожа на теле обвисла как у дряхлой старушки. Глянула в зеркало и обомлела. В Алешках не осталось ни одной аптеки, а та, которая была в больнице, тоже разрушена.
Фото: Из архива Алешкинской районной больницы В этом году в городе произошла настоящая гуманитарная катастрофа. Жители обращались к нам за лекарствами и старались госпитализироваться, чтобы просто поесть, согреться и укрыться от обстрелов. Все койки, их 71, всегда были заполнены. Когда беспилотная атака или лупит артиллерия, даже собаки забегают в больницу и прячутся под скамейки.
Санитарки пытаются их выгнать, но животные смотрят на них такими человеческими "плачущими" глазами, что у девчат у самих брызгают слезы, и они их не выгоняют. Собаки пересидят опасность и уходят. Это война, а мы должны оставаться людьми - не всегда получается следовать предписаниям. При атаках артиллерии и БПЛА множество осколков залетают и в коридоры Алешкинской больницы.
Фото: Из архива Алешкинской районной больницы В декабре 2025 года, блокада уже была, больница получила медикаменты на более чем шесть миллионов рублей. Остатки от них до сих пор нас спасают. Но сейчас нужны антибиотики, люди поступают с минно-взрывными травмами, у большинства из них все тело поражено осколками. В этом случае надо обязательно колоть антибиотики.
Ждем, что с гуманитарным конвоем их привезут, а также продовольствие и солярку для больничного генератора. При отсутствии электричества во всем городе до блокады больница снабжалась электроэнергией. Выручал мощный генератор, который работал с утра до 16 часов и с 19 до 22 часов, на ночь его выключали. На подхвате были маленькие генераторы.
Расход солярки, конечно, был большой - 50 литров в час, в зимнее время при двадцатиградусном морозе - 76 литров. Но горючее перестали завозить в нужном объеме. Приемный покой медучреждения был атакован украинским бесплотником. Фото: Из архива Алешкинской районной больницы В мае этого года наши "скорые" солярку и продукты изредка привозили, а главное - эвакуировали больных и жителей, передавали посылки.
Работали на больницу и на город. Но с конца месяца ситуация резко ухудшилась. Автомобили скорой помощи атаковали украинские коптеры, и они подрывались на минах ВСУ. Я так боялась, что в Алешках вспыхнет какая-нибудь инфекция. К счастью, не произошло ни одного случая. Считаю это заслугой наших медиков. Сейчас в больнице работает 112 человек: девять врачей, 21 медсестра, 40 сотрудников младшего медперсонала, остальные - водители, рабочие, которые выгружают дизель и заливают его в генераторы, ремонтируют здание и помещения, поврежденные после атак БПЛА и прилетов.
После атаки ВСУ оконные проемы больницы закрыли фанерой. Фото: Из архива Алешкинской районной больницы Сейчас большой генератор включаем, когда больному нужно сделать рентген или УЗИ, сделали и сразу отключаем. Четыре часа он работает, чтобы стерилизовать инструменты. Врачей у нас очень мало. Больнице особенно необходимы хирурги и реаниматологи.
Раньше к нам на подмогу приезжали коллеги со всей России вахтовым методом. Когда "скорые" могли выехать из города, больных, которым требовалась помощь узких специалистов, возили в другие медучреждения области. В рамках гуманитарной миссии планируется вывезти трех наших маломобильных пациентов. Пока это все, что я знаю о планируемой эвакуации.
Объясняю пациентам и вообще всем: "Не бойтесь, уезжайте, есть временные пункты размещения, на улице не останетесь". Некоторые воспринимают недоверчиво, мол, где мы жить будем, здесь все свое. Большинство жителей города переселились из многоэтажного сектора, который почти весь разрушен, в частные дома. Хозяева этих домов уехали, оставив ключи соседям и друзьям, и разрешили у них жить, если будет негде.
Молимся, чтобы война закончилась. Сейчас тишина, не бомбят, и каждый побежал посмотреть, что осталось от его дома.