Однажды в конце мая 1994-го раздался звонок от моего друга Юрия Прокофьева - оператора Первого канала. Он сказал, чтобы я срочно покупал билет во Владивосток на 26 мая. Солженицын возвращается! Быстро согласовав в "Огоньке" командировку, я помчался в кассы "Аэрофлота". Прилетев в город, я узнал, что Солженицын будет ехать в Москву на поезде с остановками в течение двух месяцев.
В аэропорту после приземления самолета началась страшная давка. Александра Исаевича встречали Борис Можаев, Владимир Борщов, теле- и фотокорреспонденты. Потом был митинг на площади Ленина. В гостинице, где поселились Солженицыны, отключили горячую воду. Наталия Дмитриевна бегала с чайником по коридору, чтобы писатель смог умыться и попить чай.
За две недели, проведенные в прицепном вагоне, я познакомился с Наталией Дмитриевной и двумя сыновьями - Ермолаем и Степаном. Они удивили меня, ответив на мой вопрос о своей любимой песне, сказав, что это песня Высоцкого "На братских могилах". А в областной больнице мы с ним застряли в лифте, где перевозят лежачих больных. Писатель невозмутимо записывал что-то в блокнот.
На острове Попова я попросил Солженицына пройти по крутому берегу, чтобы снять его красиво на фоне моря. "Я вам не обезьяна. Снимайте, как есть", - строго сказал он. Проехав с ним на поезде до Хабаровска, я улетел в Москву, чтобы через два месяца встретить его на Ярославском вокзале. Семья Солженицыных возвращается в поезде из Владивостока в Москву в мае 1994 года.
Фото: Юрий Феклистов/РГ Лужков предоставил Солженицыну дачу в Троице-Лыково. Там к его приезду был построен дом, хранилище для архива. Много раз при встрече с Наталией Дмитриевной я просил ее поговорить с мужем о фотосъемке в этом доме. Но Александр Исаевич работал, и отвлекаться на "глупости" у него не было времени. И как-то в июле 2007 года мне позвонили из журнала "Шпигель" и попросили поехать с ними в Троице-Лыково на съемку.
Наталия Дмитриевна сказала немцам, чтобы они нашли меня, мол, Солженицын меня помнит, и ему так будет комфортней. Интервью журналисты взяли заранее. А мне надо было сделать фотографии. Александр и Наталья Солженицыны из вагона поезда приветствуют читателей-поклонников творчества писателя - те ждали его возвращения. Фото: Юрий Феклистов/РГ Александр Исаевич, увидев меня, заулыбался.
Он сильно похудел. Просить его я уже ни о чем не стал. Мы вышли на балкон. Наталия Дмитриевна нежно обняла его. Они посмотрели в объектив... А ровно через год писатель умер. "Юра, те снимки, которые ты тогда сделал, стали последними в его жизни", - сказала мне Наталия Дмитриевна при встрече. Через год после съемки в своем доме в Троице-Лыково писателя не стало.
Эти снимки 2007 года стали последними в жизни Солженицына. Фото: Юрий Феклистов/РГ