Центр Москвы перекрыт. У Кремля заборы и патрули, по Ильинке один за другим идут кортежи. Флаги, которые обычный москвич не опознает и с третьей попытки. Бурунди, Мозамбик, Сенегал… В Москве идёт третий саммит «Россия — Африка». Из 54 государств континента приехали 48. 22 — на уровне глав государств. Шесть не доехали. Пожалуй, это единственное утешение для тех, кто с 2022 года рассказывает, что Россия осталась одна в изоляции.
Владимир Путин открыл форум вместе с президентом Бурунди Эваристом Ндайишимийе: «Программа этого форума, как всегда, насыщенна. Запланировано обсуждение вопросов продвижения партнёрства наших стран в энергетике, промышленности, сельском хозяйстве, транспорте, перспектив сотрудничества в области мирного атома, высоких технологий, цифровизации, искусственного интеллекта, кибербезопасности, космоса».
Звучит не очень увлекательно? Так и выглядят разговоры, после которых начинаются масштабные проекты. Сам Путин тут же подчеркнул, что вопросы эти полезны «не только для обсуждения, а для совместной работы». По итогам — пакет документов, в том числе отдельная декларация по ИИ и план работы на 2027–2029 годы. Космос и нейросети с континентом, которому Запад десятилетиями отводил роль сырьевой кладовой.
«Российско-африканский товарооборот в прошлом году превысил 27 миллиардов долларов. В 2022 году, кстати, он был только 18 — рост значительный. Правда, конечно, и этого недостаточно», — посетовал российский президент. Планку он поставил в 50 миллиардов — рост минимум вдвое. Задача на годы, а не на один саммит. Российское зерно и удобрения покупают больше 40 стран Африки.
За девять месяцев этого года туда ушло 13 миллионов тонн агропродукции. 13 миллионов тонн хлеба. Те, кто пугал континент голодом «по вине Москвы», теперь, видимо, следят за отгрузками с лёгким недоумением. Почему к нам едут? Мистики тут нет. Москва не приходит с нотациями и списком условий к каждому кредиту. Колониального прошлого за ней нет — и в Африке это помнят лучше, чем в Брюсселе хотелось бы.
Предлагает понятное: продовольствие, энергию, технологии, помощь против эпидемий и терроризма. Африке выгодно, нам тоже — это новые рынки и заказы для наших компаний. На этом фоне особенно наглядна другая «помощь» Африке. На днях Deutsche Welle* — издание, которое в симпатиях к Москве не заподозришь, — разбирало, чем Украина занята в Мали.
По данным CNN, около 15 украинских операторов дронов помогают повстанцам-туарегам на севере страны: учат, планируют операции, сопровождают удары. А воюют эти туареги плечом к плечу с джихадистами из JNIM — местного филиала «Аль-Каиды»**. Зачем Киеву пески Сахары? Немецкие журналисты объясняют просто: давление на российские структуры в Африке выглядит для Киева «привлекательным инструментом борьбы с Москвой».
А неудачи в Мали, по словам эксперта DW*, способны «подрывать репутацию Москвы как партнёра в сфере безопасности». Где в этой схеме интересы самих малийцев — вопрос риторический. Для Банковой Африка лишь очередная площадка, чтобы насолить России. В Бамако, Ниамее и Уагадугу выводы сделали давно: Мали, Нигер и Буркина-Фасо разорвали с Украиной дипломатические отношения.
Мы везём в Африку зерно. Киев — операторов дронов для союзников «Аль-Каиды»**. Изоляция шагает по континентам. * Признана в России нежелательной организацией и иноагентом ** * Запрещенная в РФ террористическая организация.