Как на языке волоф будет "песец"? По случаю открытия III Саммита "Россия - Африка" "РГ" публикует доклад Боли Кана, профессора университета в Дакаре - и большого знатока русской литературы и музыки. Нынешней осенью профессор Кан выступал с этим докладом на Конгрессе Переводчиков в Москве. В эпоху глобализации, а вместе с ней и сгущения межкультурной коммуникации, художественный перевод становится все более важным катализатором, или как сейчас говорят, драйвером сближения народов.
Однако этот драйвер может буксовать, причем по самым элементарным причинам. Во всяком случае, у нас в Западной Африке есть поводы над этим задуматься. Вернувшись в 2011 году на родину в Сенегал после защиты диссертации в России, я преподаю в Университете Шейха Анты Диопа в Дакаре. Эпоним главного вуза моей страны Диоп был не только ученым, но и писателем, и сочинял он на западноафриканском языке волоф.
Так вот, ни один из его фундаментальных трудов не переведен на русский язык. Его ключевые научные тексты издавались на французском и частично переводились на английский. И здесь мы подходим к теме, которую я уже однажды задевал в публикации в российской прессе пару лет назад, охарактеризовав ее как "бездну незнания". Это не гипербола!
Русскую культуру и культуры африканских стран разделяет бездонная пропасть. В России с 2010 года проходят мощные интеллектуальные биеннале - международные Конгрессы переводчиков, а с 2016-го по их итогам издаются капитальные сборники. Я знакомился с этими фолиантами и испытывал белую зависть, ощущая огромную разницу в интенсивности литературного обмена России с Африкой и со всем остальным миром.
На конгрессах переводчиков звучат доклады про переводы с русского на китайский и обратно. С русского на испанский и обратно. С русского на английский и обратно. И всего этого очень много! И все это - давно привычные процессы. Хронология всего этого - даже не десятки, а сотни лет… А мы - Африка и Россия - в литературном плане вообще почти ничего друг о друге не знаем!
Россияне имеют очень слабое представление об африканском наследии. В том числе о наших писателях. Аналогично, африканцы не знают русскую литературу. Только представьте: в Африке почти две тысячи языков - в том числе многомиллионные, - на которые никогда не переводились русские книги. Конечно, полного вакуума не было... В XX веке Советский Союз прилагал большие усилия, чтобы познакомить африканцев с русской культурой.
С 1940-х годов работало "Издательство литературы на иностранных языках". Там были целые книжные серии специально для экспорта в дружественные страны - "Классика русской литературы", "Библиотека советской литературы"... В 1960-х дело продолжили новые мощные издательства - "Прогресс" и "Мир". Однако все эти книги переводились не на африканские, а на европейские языки!
Ведь несмотря на деколонизацию, в развивающихся странах были распространены языки колониальные. У меня в Университете Шейха Анты Диопа каждый год несколько десятков студентов-русистов… Я преподаю им русский язык, рассказываю про русскую литературу. Я говорю с ними на постколониальном французском, и на языке волоф, и на языке фула.
Но возможность знакомиться с русской литературой у них есть только на французском или, может быть, на английском… При моей кафедре недавно создана медиатека русских книг. Но это практически только учебники, журналы, методички - все лингвистика, образовательная литература, не художественная. А от французских переводов русской классики и советской литературы, которые к нам попадали из СССР, в вузах сейчас почти ничего не осталось.
Книжки все прекрасные, студенты их "зачитали" еще в прошлом веке. Сейчас в библиотеке моего университета есть Солженицын - "Архипелаг ГУЛАГ", "В круге первом"… Есть немного Пушкина, Достоевского. И это все. В Университете Ассане Сека в Зигиншоре есть "Вешние воды" Тургенева, три экземпляра "Идиота", "Преступление и наказание" - один экземпляр… Итак, нужны переводы русской литературы на языки Африки.
Но у нас в Сенегале - и очевидно, на большей части континента - беда в том, что, хотя имеются хорошие писатели, ни один из них не знает русского языка. Что делать? Обучить кого-то из них русскому языку? Или, наоборот, переобучить кого-то из "обычных" переводчиков в переводчиков литературных? Я понимал необходимость преодоления "литературной пропасти".
Но не был готов к таким титаническим усилиям. Результат которых, к тому же, и не очень-то гарантирован. Сам я с детства был билингвом: кроме родного языка волоф, я говорю также на фула, языке народа фульбе. На фула говорят чуть ли не 15 миллионов человек. Это, между прочим, официальный язык в девяти странах западной Африки. Однако в моей стране самый многочисленный народ - волоф.
Носителей языка волоф в одном только Сенегале - почти 8 миллионов. Восемь миллионов человек почти ничего не знают о Пушкине и Толстом! И вообще ничего - про Пригова или Лимонова... Или про Пелевина, или про Водолазкина. Однажды, года три назад решил попробовать превратить в литературного переводчика самого себя! Чтобы самому переводить новую русскую художественную литературу...
После нескольких месяцев труда я перевел на родной язык первую небольшую русскую книгу, и она ждет выхода в печать в университетском издательстве. Книжка называется "Пушкин", это биография Пушкина, созданная писателем Юрием Нечипоренко. Очень надеюсь, что автор приедет к нам в Дакар на презентацию перевода. И самое поразительное, что эта русская книжка на языке волоф - она первая не только в моей скромной творческой биографии.
Возможно, это вообще первая русская книга, переведенная на язык волоф! В заключение хочу добавить некоторые соображения о том, что еще, кроме собственно переводов, можно было бы сделать в сфере продвижения русской литературы в Африке. Прежде всего, мне кажется важным сделать задачу еще более амбициозной. Не просто наладить поток художественных переводов на африканские языки, но выращивать целую школу литературных переводчиков.
Формировать международное сообщество, озабоченное этими задачами. Помогать молодым африканским переводчикам налаживать контакты с российскими коллегами, переводчиками с их языков на русский - и с российскими писателями, которых они хотели бы перевести. И конечно, нельзя забывать про силу живого общения. Ковидная эпоха зум-конференций и дистанционного обучения показала всю безжизненность онлайн-контактов.
Поэтому надо любыми способами вытаскивать африканских переводчиков на творческие встречи в Россию, и наоборот, русских писателей возить в Африку. Это был бы самый эффективный способ заинтересовать африканских читателей их творчеством. Полная версия материала опубликована на портале ГодЛитературы. РФ.