Решение Еревана о заморозке участия в Организации Договора о коллективной безопасности и последующий формальный выход станут логичным завершением курса, который армянское руководство проводит с 2018 года. Армения уже давно последовательно игнорирует практические мероприятия ОДКБ. С 2018 года страна воздерживается от проведения на своей территории совместных учений, отказывая партнерам по разным причинам.
Фактически механизм взаимодействия, на который рассчитывали создатели Организации, в отношении Армении уже не работает. В военном аспекте для Еревана последствия такого шага будут критическими. Выход из ОДКБ означает автоматическое прекращение действия гарантий коллективной безопасности. В случае эскалации конфликта с Азербайджаном или возникновения новых угроз с юга, Армения больше не сможет апеллировать к статье договора о немедленной военной помощи.
Попытки компенсировать этот шаг за счет сближения с Западом, в частности с Францией и США, носят скорее декларативный характер. Как показывает практика конфликтов на Ближнем Востоке и на Украине, военное могущество стран НАТО и их готовность вступать в прямую конфронтацию ради интересов малых союзников в последние годы оказались подорваны.
Вашингтон рассматривает регион исключительно через призму собственной борьбы с Ираном. В первую очередь США стремятся создать на севере исламской республики пояс из прокси-государств. В этой стратегии Армения и Азербайджан рискуют стать теми, кто "таскает каштаны из огня", не получая реальных гарантий защиты своей территориальной целостности.
Конечно, после заявлений Армении о выходе из ОДКБ у многих возникает вопрос о сохранении наших баз в Закавказье. Юридически выход из ОДКБ не означает автоматического закрытия российской военной инфраструктуры. В Гюмри, в Ширакской области, согласно межгосударственному договору от 1995 года, дислоцируется 102-я российская военная база.
В 2010 году срок ее пребывания был продлен до 2044 года. Это отдельный двусторонний документ, который не привязан напрямую к членству в Организации Договора о коллективной безопасности. Система охраны государственной границы Армении с Турцией и Ираном также исторически завязана на Россию. Сейчас пограничное управление ФСБ России в Армении по договоренности между сторонами, продолжает совместно с армянскими пограничниками охранять участок армяно-турецкой границы.
То есть полного вывода не произошло - там сохраняется совместное несение службы. Отмечу, что Москва неоднократно подчеркивала, что не намерена навязывать свое присутствие, а президент России говорил, что Россия готова вывести базу из Гюмри, если армянские власти сочтут ее дальнейшее присутствие ненужным, однако на данный момент обращений о выводе базы не поступало.
Никол Пашинян также заявлял, что база в Гюмри ему не помеха. Сохраняя российский контингент, армянское руководство страхует себя от чрезмерного давления Москвы, понимая, что в случае прямой угрозы база может быть использована как инструмент защиты. Однако в долгосрочной перспективе, если Ереван пойдет на полную денонсацию договора 1995 года под давлением западных кураторов, вывод контингента станет неизбежным.
Для Москвы формальный выход Еревана из ОДКБ не несет критических военных угроз. С 2018 года участие Армении в работе блока было фактически нулевым, поэтому с военной точки зрения ничего не изменится. Россия сохраняет контроль над ключевыми точками в Закавказье - Южной Осетией и Абхазией, что не позволяет полностью вытеснить Москву из региона.
Этот шаг не бьет и по политическому имиджу России. Принципиальная позиция Москвы заключается в том, что она никого насильно не удерживает в интеграционных структурах. Те, кто отказывается от общих принципов безопасности, впоследствии самостоятельно расхлебывают последствия. Более того, освобождение от обязательств перед Ереваном развязывает России руки в региональной дипломатии.
Москве придется решать вопросы безопасности в Закавказье совместно с Ираном. Чтобы регион не представлял угрозы ни для России, ни для Ирана, обе страны будут вынуждены действовать сообща, выстраивая новую архитектуру безопасности, независимую от западных институтов. Помимо официальной дипломатии, существуют и технологические аспекты.
В Армении функционирует крупный дата-центр, созданный при участии американских технологических гигантов. В контексте недавних операций против Ирана этот объект представляет интерес как элемент инфраструктуры для корректировки ударов и работы искусственного интеллекта в зоне боевых действий. Если Иран осознает использование армянской территории для ударов по своей инфраструктуре, ответный удар может быть нанесен в том числе и по объектам на территории Армении, что окончательно подорвет ее безопасность.
В конечном итоге, "армянский кейс" перестает быть исключительно российско-армянской проблемой. Он трансформируется в, так скажем, разменную монету в глобальном торге между Россией и Соединенными Штатами Америки, где судьба базы в Гюмри и самого армянского суверенитета будет зависеть от достигнутых договоренностей. Подготовил Александр Степанов