По его словам, режиссёр Джанкарло Дель Монако предложил рассматривать главного героя не просто как искусителя, а как кукловода.
«Мне очень понравилась идея того, что Мефистофель — режиссёр: что он всё это режиссирует, режиссирует эту жизнь и искушает людей по каким-то своим правилам», — поделился Клинский.
Самым сложным этапом для хореографа, по его словам, стал второй акт, где требовалось создать «управляемый хаос» ада, заставив двигаться не только артистов миманса, но и оперный хор.
Клинский отметил, что вдохновлялся эстетикой ломаных марионеток, а также физическими особенностями самих танцовщиков, что помогло органично раскрыть тему семи смертных грехов.
«Всё должно быть едино: музыка, костюмы и пластика. Уберите одну деталь — и пазл уже не сложится», — подчеркнул хореограф.
Он также добавил, что современное искушение заключается в навязывании обществом чужих желаний, поэтому искусство должно помогать зрителю сохранять верность самому себе.